eleonorar Элеонора (eleonorar) wrote,
eleonorar Элеонора
eleonorar

Categories:

Иерусалим. Архитектура позднего Османского периода.

Лили Эйлон

Иерусалим не похож ни на один другой город в мире - он волновал

воображение людей во всех поколениях, его почитают как святое место три

монотеистические религии. На его улицах можно встретить эфиопских христианских
священников и американских студентов, арабских торговцев и ультраортодоксальных
евреев, школьников из Одессы и их ровесников из Марселя и Праги,
евреев-репатриантов из Милана, Сан-Паулу и Мельбурна. Сравнительно небольшая
муниципальная территория заселена множеством абсолютно не похожих друг на друга
людей, принадлежащих к различным этническим и религиозным группам. Многие
общественные здания и частные дома в Иерусалиме повествуют о времени своего
создания и демонстрируют характерные для этих мест архитектурные стили. Каждое
такое здание представляет, с одной стороны, определенный исторический период, а
с другой -культурные традиции и вкусы его обитателей.

Вплоть до 1860 года почти все население Иерусалима
проживало в Старом городе, нынешняя стена которого была возведена турецким
султаном Сулейманом Великолепным (1520 - 1566). Скученность в Старом городе
вынудила жителей выбраться за его пределы и начать строительство на открытых
участках. Первые новые районы возникли в конце 19-го века, когда страна еще
находилась под турецким владычеством. На карте Иерусалима, составленной в 1864
году сэром Чарльзом Уильямом Вильсоном, руководившим в 1864 - 1866 гг.
раскопками в Иерусалиме, вне крепостных стен отмечены лишь голые холмы и
несколько проезжих дорог, ведущих в разные стороны от городских ворот. Вне стен
находились жилой комплекс Мишкенот-Шеананим с мельницей Монтефиори, Русское
подворье и монастырь Креста. Однако к началу первой мировой войны возникли
многие новые кварталы, главным образом в районе Меа-Шеарим и вдоль Яффской
дороги. Развитию Иерусалима в значительной степени способствовали евреи,
возвращавшиеся в этот период из разных стран на землю предков. В строительство
включились также и представители других народов: немцы, французы, англичане,
русские, итальянцы, турки, эфиопы, армяне и греки. Евреи, мусульмане и христиане
- все они внесли свой вклад в создание облика нынешнего Иерусалима.

"Новый Иерусалим подымается благодаря пополнениям, прибывающим
со всех концов света, - писал в 1898 году Эдвин Шерман Валлас, консул США в
Иерусалииме. - Евреи и не-евреи самого разного вида и положения сталкиваются на
его улицах и проходят мимо, оставаясь чужими друг для друга и не задумываясь над
той ролью, которая отведена им историей, но я не могу побороть ощущения, что
каждый из них участвует в осуществлении божественного плана восстановления и
строительства этого города, расширения его былых границ."

В наши дни важность охраны архитектурных памятников признана во
всем мире. Жители Иерусалима также стремятся сохранить отдельные здания и целые
кварталы, выросшие за пределами Старого города в конце 19-го - начале 20-го
веков. Принимая во внимание темпы современной урбанизации и насущные потребности
непрерывно растущего населения, можно понять, настолько не проста эта
задача.

Ниже приводятся истории нескольких зданий, выстроенных в
Иерусалиме между 1860-м - 1917-м годами, а также людей, сыгравших важную роль в
их создании.

Мишкенот-Шеананим и Ямин-Моше

В 1855 году, во время своего последнего
(четвертого) посещения Эрец-Исраэль английский банкир и филантроп сэр Мозес
(Моше) Монтефиори (1784 - 1885) сторговал у богатого мусульманина за тысячу
фунтов стерлингов десять акров земли. На этом участке в 1860 году он основал
первый еврейский квартал за пределами Старого города, названный им
Мишкенот-Шеананим ("Обитель умиротворенных"). Деньги для строительства поступили
из фонда американского еврея, филантропа Иехуды Туро из Нью-Орлеана. Квартал был
спланирован Уильямом А. Смитом из Рамсгейта, города в Англии, где жил сэр Мозес.
Предназначенные для проживания как ашкеназийских, так и сефардских евреев, два
длинных узких здания под новомодной, непривычной для Иерусалима плоской крышей
включали в себя 16 небольших квартир и две синагоги по краям строения -
ашкеназийскую и сефардскую. Помимо этого здесь имелись цистерны с питьевой
водой, микве (бассейн для ритуальных омовений), общественная кухня и ветряная
мельница, обеспечивавшая работой некоторых из жителей. В настоящее время
мельница превращена в музей, в котором выставлена дорожная карета четы
Монтефиори. Вопреки многообещающему названию квартала, позаимствованному из
пророка Исайи (32:18): "И будет жить народ мой в обители мирной, в жилищах
безопасных, в покоях тихих", обитель, выстроенная против Сионской горы над
долиной Хинном, представлялась далеко не безопасной. Для защиты от непрошенных
гостей на дверях и окнах были поставлены железные решетки; ворота, ведущие к
зданиям, запирались на ночь. Первые смельчаки, решившиеся покинуть Старый город,
получали за свое мужественное согласие жить в новом квартале плату от сэра
Мозеса. Но в 1866 году, после того, как в Старом городе разразилась очередная
эпидемия, все квартиры в Мишкенот-Шеананим оказались занятыми.

Сегодня Мишкенот-Шеананим представляет собой часть
респектабельного квартала Ямин-Моше, названного так в честь Моше Монтефиори, и
служит местом официальных приемов. Здесь помещаются гостиница для проживания
почетных гостей иерусалимского муниципалитета и ресторан. Рядом расположен
Музыкальный центр, где знаменитые музыканты из разных стран проводят
мастерклассы для юных одаренных израильтян. Здесь всемирно известный
виолончелист Пабло Касалс за две недели до смерти дал последний в своей жизни
концерт.

Комплекс Шнеллер

Как и многие другие архитектурные памятники
Иерусалима, комплекс Шнеллер назван по имени своего создателя. Немецкий
лютеранский миссионер, отец Йохан Людвиг Шнеллер (1820 - 1896) в 1856 году
приобрел участок земли у арабского жителя предместья Иерусалима Лифты. Он нанял
опытных строительных рабочих из Бет-Лехема (Вифлеема) и Бейт-Джаллы, которые в
том же году приступили к возведению восьми зданий. Строительство продолжалось до
1903 года. Вся территория комплекса была окружена высокой каменной стеной с
массивными железными воротами, которые запирались на ночь. В архитектуре зданий
просматривается смешение как немецкого, так и ближневосточного стилей.
Большинство домов пострадало от времени и небрежной эксплуатации; сегодня лишь
часть из них сохранила свой первоначальный вид. Лютеранская церковь и отец
Шнеллер надеялись, что комплекс поможет наладить жизнь местного населения и
облегчит его страдания. Отец Шнеллер создал здесь школу для слепых, сиротский
приют и мастерские, где молодые люди могли обучаться ремеслам. Он сам лично
руководил всеми работами. В мастерских изготовлялись кирпичи для строительства,
черепица для крыш, рамы для окон, перила, детали ограды и крышки для люков. Одно
из зданий служило церковью, несколько других являлись жилыми помещениями для
работников. Во время первой мировой войны комплекс Шнеллер был превращен турками
в военную базу). Сегодня он служит пунктом медицинского обследования израильских
призывников. Все восемь зданий комплекса Шнеллер объявлены архитектурным
памятником.

Русское подворье

Просторное Русское подворье, выстроенное между 1860-м и 1864-м
годами, обслуживало русских паломников, которых в то время прибывало в Иерусалим
больше, чем любых других. До первой мировой войны Святую землю ежегодно посещало
14 тысяч русских паломников - некоторые из них проделывали весь путь до
Иерусалима пешком! Все строительные материалы, также как меблировка семи зданий,
были доставлены из России на кораблях Русской пароходной компании, специально
учрежденной с этой целью. Компания осуществляла и перевозки паломников.
Императорское православное палестинское общество, основанное в Санкт-Петербурге,
было инициатором этого солидного проекта. Его автором стал русский архитектор
Мартин Иванович Эшшнгер. Комплекс, занимавший 18 с половиной акров земли, был
выполнен в византийском стиле и включал в себя церковь Святой троицы, резиденцию
Русской православной миссии, консульский отдел, больницу и постоялые дворы для
паломников, способные одновременно принять две тысячи человек - женщины
проживали отдельно, мужчины отдельно. Иногда приходилось ставить походные шатры,
чтобы принять толпы прибывавших паломников!

Императорский Сергиевский странноприимный дом, носивший имя
великого князя Сергея, брата царя Александра III, являвшегося в то время
президентом Православного палестинского совета, занимал девять акров земли.
Строительство его было завершено в 1889 году. 25 великолепно обставленных покоев
предназначались для приема русских аристократов. В 1870 году иерусалимская
газета "Хавацелет"с восторгом рассказывала: "Новая русская гостиница, это
внушительное великолепное сооружение, целиком отделанное тесанным камнем,
является одним из самых удивительных зданий в нашем городе". В статье упоминался
и собор - "великолепное строение на возвышенном месте".

Паломники прибывали вплоть до начала первой мировой войны. На
территории подворья размещались конюшни, склады, птичники, прачечные и колодцы.
В период Британского мандата здания были отданы под правительственные
учреждения, такие как Департамент общественных работ и Отдел иммиграции. Русская
миссия продолжала действовать в одном из зданий вплоть до 1967 года.

В 60-х годах все строения, за исключением церкви и еще одного
здания, были откуплены у русских правительством Израиля. В них разместились
отделы иерусалимского муниципалитета, Министерство сельского хозяйства, мировой
и окружной суды, штаб иерусалимской полиции и дом предварительного заключения, а
так же Общество охраны природы. Бывшее Российское консульство сегодня является
частью нового огромного комплекса иерусалимского муниципалитета. В нем
помещаются Отдел развития Иерусалима и компания "Мория", также занятая
проблемами планировки города.

Потенциал территории Русского подворья, занимающего
значительную часть центра Иерусалима, все еще не использован полностью.
Представленные проекты реконструкции предполагают сооружение круглой площади
вокруг собора, строительство большого торгового центра с подземной стоянкой для
автомашин, реставрацию исторических зданий и приспособление их для новых
функций.

Нахлаот

Нахлаот - общепринятое название целого ряда небольших кварталов
в центре города, основанных во второй половине 19-го века. Один из них - это
ашкеназийский квартал Мазкерет Моше, как и многие другие исторические места,
названный именем сэра Моше Монтефиори. Другой, заселенный сефардами - Мазкерет
Охел. Здесь вырос пятый президент страны Ицхак Навон. Воспоминания детства
вдохновили его на создание пьесы "Бустан сфаради" ("Испанский сад").

Нахалат Шива ("Поселение семи"), первый из всех кварталов
Нахлаот, был заложен в 1869 году и назван так по числу его основателей. Квартал
очаровывает своими живописными переулками, открытыми двориками и множеством
синагог.

В семидесятых годах Нахалат Шива, оказавшийся в самом центре
современного Иерусалима и к тому времени сильно обветшавший, сделался предметом
вожделений строительных подрядчиков, жаждавших возвести на его месте доходные
многоэтажные здания. Но повсеместное признание ценности старинных построек и
общественное давление предотвратили его разрушение. Основательная реставрация
старых домов и придание их фасадам единого архитектурного стиля позволили
создать здесь специфическую атмосферу 19-го века. Улица Соломона (названная в
честь одного из основателей квартала) превращена сегодня в пешеходный бульвар с
уютными ресторанчиками, картинными галереями и множеством лавок, торгующих
сувенирами и художественными изделиями.

Дом Тихо

Есть дома, которые запечатлели облик людей, некогда обитавших в
их стенах. Один из них - это Дом Тихо, принадлежавший глазному врачу Аврааму
Тихо (1883 - 1960). В 1912 году доктор Тихо переехал в Эрец-Исраэль из Вены
вместе со своей двоюродной сестрой Анной, ставшей впоследствии его женой и
известной израильской художницей. Авраам Тихо открыл неподалеку от Старого
города глазную клинику, где принимал как еврейских, так и арабских пациентов,
страдавших главным образом от весьма распространенной в те дни трахомы. Каждый
день здесь дожидались врачебной помощи, часто оказываемой бесплатно, десятки
людей. Имя доктора Тихо уже при его жизни превратилось в легенду на всем Ближнем
Востоке.

В 1924 году супруги Тихо решили переменить место жительства.
Они перебрались в дом, расположенный между улицей Яффо и улицей Пророков,
выстроенный в 1864 году агой Рашидом Нашашиби, который пятью годами позже продал
его торговцу древностями Моше Шапиро (по слухам, занимавшемуся сбытом поддельных
"археологических находок" Британскому музею). Архитектура и планировка дома
типично арабские: массивные каменные стены, куполообразная крыша, жилые комнаты
расположены вокруг центрального холла. Разбитый на террасах сад изобиловал
фруктовыми деревьями и цветочными клумбами, за которыми тянулись грядки с
овощами.

Дом одновременно служил и клиникой, в которой д-р Тихо вплоть
до своей смерти в 1960 году принимал пациентов как из числа местных жителей, так
и специально приезжавших к нему из соседних стран. Анна Тихо известна сегодня
главным образом своими полотнами, запечатлевшими неповторимую красоту
иерусалимских холмов. Ее работы широко представлены и в Израиле, и за
границей.

Сегодня Дом Тихо с его великолепным садом является частью Музея
Израиля. Здесь хранятся некоторые картины Анны Тихо и коллекция ханукальных
светильников, собранная доктором Тихо. Дом Тихо с его библиотекой, садом и
кафе-рестораном превратился в излюбленное место встреч творческой интеллигенции.
Здесь устраиваются вечера устных рассказов и музыкальные концерты, в которых
участвуют новые репатрианты.

Немецкая колония

Немецкая колония в Иерусалиме была создана членами
секты темплеров, возникшей в Германии в 1858 году. Спасаясь от религиозных
преследований, темплеры прибыли в конце 19-го века в Палестину, где собирались
на практике доказать справедливость своих верований: стечение верующих в Святую
землю, по их представлениям, приближало срок исполнения библейских пророчеств.
Такие же колонии возникли в Хайфе, Яффе и Галилее.

В 1873 году арабы продали темплерам большой участок земли в
Долине духов к юго-западу от Старого города. Здесь темплеры выстроили свою
колонию, напоминающую деревни южной Германии: перед одноэтажными или
двухэтажными домами под красными черепичными крышами были разбиты зеленые
палисадники, а позади домов тянулись фруктовые сады. Правда, в отделке зданий
присутствовали и ближневосточные мотивы. В качестве строительного материала
использовался иерусалимский камень.

Квартал ограничивали две улицы: Эмек Рефаим (Долина духов) и
Дерех Бет-Лехем (Дорога на Вифлеем). Внутри его пересекали более узкие улочки.
Первый дом под номером 6 на улице Эмек Рефаим был выстроен в 1873 году мельником
Матхаусом Франком (1846 - 1923). При доме была паровая мельница, винодельня, две
цистерны для воды и даже плавательный бассейн, в котором резвилась молодежь.
Годом позже Фридрих Эберле выстроил для себя дом под номером 10 по той же улице.
Над входом была высечена надпись: "Der Herr Hebe die Thore Zions uber alle
Wohnungen Jacobs" ("Любит Господь врата Сиона больше всех обителей Яакова" -
Псалмы 87:2). В доме номер 7 помещался трактир, еще один дом был занят
архитектором Сандлером. В 1883 году Гемайндехаус (общинный центр), расположенный
по улице Эмек Рефаим, 1, стал служить молитвенным домом и местом собраний.
Позднее это здание было превращено в армянскую церковь, действовавшую вплоть до
19б7 года (с объединением Иерусалима в результате Шестидневной войны все армяне
смогли вновь посещать богослужения в Армянском кафедральном соборе в Старом
городе). Основатель секты темплеров Кристофф Хофман похоронен на кладбище,
занимающем участок под номером 39 по улице Эмек Рефаим. За высоким каменным
забором укрыто 250 могил - как старых немецких, так и современных, в которых
захоронены не-евреи.

В 1894 году на участке, примыкающем к Дерех
Бет-Лехем, немецкие монахини выстроили монастырь Бороминских сестер, позднее
открывший в своих стенах больницу для хроников, школу и дом престарелых.

Жители немецкой колонии были плотниками, кузнецами,
строительными рабочими, садовниками и животноводами. Многие из них
симпатизировали нацистскому режиму в Германии и в связи с этим были
интернированы британскими властями и позднее высланы в Германию или Австралию. В
1948 году Немецкую колонию начали заселять прибывавшие в страну
репатрианты-евреи.

За последние пятнадцать лет весь этот район претерпел
существенные изменения. Многочисленные магазинчики, рестораны и кафе,
синематеку, где демонстрируются классические ленты кино, репертуарный театр и
ночной клуб при театре Хан охотно посещают и жители Иерусалима, и гости столицы.
Память о пасторальной атмосфере Немецкой колонии хранят полотна немецкого
художника Густава Бауернфайнда, поселившегося здесь на заре ее
существования.

Меа Шеариэд

Тесно прижатые друг к другу жилые строения,
расположенные вокруг общего двора - это главное, что отличает квартал Меа Шеарим
от прочих, выстроенных в тот период за стенами Старого города. Его название -
Сто врат, или иначе Сто мер, Сто крат - взято из недельной главы Торы, которую
читали в декабре 1873 года, когда было учреждено Общество Меа Шеарим: "И сеял
Ицхак в земле той, и снял в тот год во сто крат: так благословил его Господь"
(Бытие 26 : 12). Конрад Шик, немецкий миссионер, спроектировал квартал Меа
Шеарим еще в 1846 году. Йосеф Ривлин, один из глав еврейской общины в
Иерусалиме, стал одним из его отцов-основателей. Арабхристианин из Бет-Лехема,
нанимавший как еврейских, так и арабских рабочих, получил подряд на
строительство.

Когда первые десять домов были готовы, Общество обнародовало
следующее заявление: "Господь вложил в сердца нескольких членов нашей общины
желание стать зачинателями нового дела, показать пример своим братьям и взять
свою жизнь в собственные руки... Эти подвижники преодолели большие трудности в
начальные дни, когда уподоблялись погибающим от жажды и голода в дикой пустыне -
ведь за всем жизненно необходимым им приходилось отправляться в Старый город.
Господь даровал им силы и умение радоваться... и потому тявканье лисиц по ночам
и завывание диких животных вокруг их жилищ звучало для их ушей прекрасными
мелодиями".

Так же как и в других местах, ворота квартала запирались на
ночь. В октябре 1880 года около ста домов были готовы к заселению, и при
праздничном собрании народа ряд участков был роздан в постоянное владение.
Четырьмя годами позднее было выстроено уже 150 домов, к концу века - триста.
Были сооружены ветряная мельница и пекарня Бермана, а также повсюду устроены
коровники, занявшие свободное пространство между домами, которое, согласно
планам Конрада Шика, должно было превратиться в прелестные зеленые дворики. Тем
не менее, это был первый иерусалимский квартал, где установили уличное
освещение. Сегодня Меа Шеарим - это изолированный район с ультраортодоксальным
населением, множеством синагог и школ, а также магазинами, обеспечивающими нужды
общины.

Дом Тавор

Конрад Шик, родившийся в Германии в 1822 году,
прибыл в Иерусалим в 1846 году как протестантский миссионер. Его разносторонняя
деятельность включает планирование многих зданий и кварталов Иерусалима, ему
принадлежит заслуга внедрения новых методов и технологий строительства и
оформления зданий, кроме того, он участвовал в археологических раскопках,
предпринятых Фондом изучения Палестины. Он занимал должность городского инженера
в иерусалимском муниципалитете, назначенном турецкой администрацией.
Одновременно со всем этим он соорудил макет Второго Храма и продал его за
восемьсот золотых слитков, что позволило ему осуществить наконец давнюю мечту:
построить дом для себя и своей семьи. Строительство было закончено в 1889
году.

Шик назвал свой дом "Тавор". Это прекрасное вместительное
здание (58-й номер по улице Пророков) сочетает в своей архитектуре черты нового
и старого, Запада и Востока. Обширный двор окружен высокими каменными стенами.
Название, выбранное Шиком, отсылает нас к 12-му стиху 89-го псалма: "Север и юг
- Ты создал их, Тавор и Хермон радуются имени Твоему". Высеченные на фронтоне
дома пальмовые ветви и греческие буквы альфа и омега символизируют начало и
конец. Когда Конрад Шик умер в 1901 году, его оплакивали все иерусалимские
жители - и евреи, и мусульмане, и христиане.

В 1951 году Дом Тавор приобрел шведский протестант,
организовавший здесь Шведскую теологическую семинарию для преподавания
религиозных дисциплин и изучения Святой земли.

Бухарский квартал

История Бухарского квартала существенно отличается от истории
возникновения других иерусалимских кварталов раннего периода. Изначально он был
задуман и спланирован как "летняя резиденция" для богатых еврейских семей из
Бухары, Самарканда и Ташкента. Если участью выходцев из Восточной Европы были
нищета и скученность, и рассчитывать они могли только на щедрость зарубежных
филантропов, то обитатели Бухарского квартала не стеснялись в средствах и
стремились выстроить нечто по-настоящему великолепное и роскошное. Дома, которые
возводились здесь, напоминали дворцы.

Первыми прибыли в Иерусалим в 1870-х - 1880-х годах евреи из
городов, которые находятся сегодня на территории Узбекистана. Они приобрели
обширный участок земли и пригласили Конрада Шика разработать проект квартала. В
1891 году отделение Союза Ховевей-Цион (Любящих Сион) бухарской, самаркандской и
ташкентской общин постановило, что "улицы и прямоугольная рыночная площадь будут
спланированы, как в больших европейских городах, стиль и стандарты строительства
будут следовать европейским образцам, с тем чтобы квартал стал достойнейшей
частью Иерусалима".

Так оно и произошло: улицы Бухарского квартала
прокладывались в три раза шире, чем уже имевшиеся к тому времени в Иерусалиме,
просторные участки позволяли возводить огромные дома и оставляли место для сада
и двора. В архитектуре зданий сказывались немецкое, итальянское и мусульманское
влияния: окна в нео-готическом стиле и европейские черепичные крыши сочетались с
мавританскими арками и изобилием итальянского мрамора. Еврейская символика:
Звезды Давида и надписи на иврите - украшали фасады. Дома в большинстве своем
были асимметричны, в соответствии с убеждением владельцев, что совершенство
подобает одному только Господу.

Сооружение квартала продолжалось полвека - с 1891 года до
начала пятидесятых годов двадцатого века; всего было выстроено около 200 зданий.
Во время первой мировой войны турецкая армия конфисковала ряд домов для своих
нужд и вырубила все деревья. После революции в России евреи из Средней Азии,
прибывшие в Иерусалим на "летние каникулы", внезапно оказались отрезанными от
своих владений и предприятий, которые приносили им внушительные доходы. Многие
жители ввиду финансовых затруднений начали сдавать часть своих роскошных
"дворцов" в наем.

После окончании второй мировой войны здесь проживали некоторые
видные израильские общественные деятели: Ицхак Бен Цви (позднее второй президент
государства), Моше Шарет (позднее первый израильский министр иностранных дел и
премьер-министр), историк Яаков Клаузнер.

Самое великолепное здание в Бухарском квартале - это дом
Иехудаева, известный под названием ха-Армон (дворец), выстроенный в 1907 году.
План фасада был скопирован со здания римского музея "Капитолина"17-го века,
стены целиком отделаны мрамором. В этом роскошном доме предполагалось
приветствовать Мессию, как только он прибудет. Однако в дальнейшем его камни
стали свидетелями куда более прозаических встреч. Во время первой мировой войны
турецкая армия использовала здание в качестве своего генерального штаба. После
победы англичан Всемирная сионистская организация и еврейская община Иерусалима
устроили здесь торжественный прием британскому генералу Алленби. Сегодня дом
Иехудаева, как и многие другие здания Бухарского квартала, утратил свой былой
блеск; в нем размещаются две религиозные школы для девочек.

Щаарей-Цедек (Врата справедливости)

В конце 19-го века население Иерусалима страдало от недоедания,
малярии, дизентерии, дифтерии и прочих эпидемий, а главное, от лишавшего людей
энергии и инициативы ближневосточного фатализма. Обеспокоенные этим положением
немецкие евреи создали Центральный комитет для сооружения в Иерусалиме еврейской
больницы и в 1890 году направили 26-тилетнего уроженца колоний д-ра Мориса
(Моше) Валаха в Иерусалим. Открытие 27 января 1902 года больницы Шаарей-Цедек
было великим событием, на котором присутствовали Джавад-паша, правитель
Иерусалима, представители турецкой администрации, немецкий консул д-р Шмидт,
главный ашкеназский раввин Салант и главный сефардский раввин - хахам Ваши
Эльяшар. Раввины прочли молитвы за благополучие турецкого султана и немецкого
кайзера.

В течение 45 лет д-р Валах занимался врачебной практикой не
только в больнице Шаарей-Цедек, но и дома. Поскольку в сознании жителей
преданный своему делу врач полностью идентифицировался с больницей, ее и не
называли иначе как "Валах". Другим не менее уважаемым членом врачебного
коллектива была "швестер" Сельма (сестра Сельма), скромная женщина и
единственная на всю больницу дипломированная медсестра, прошедшая стажировку в
больнице им. Генриха Гейне в Гамбурге. Как и доктор Валах, она жила при
больнице, чтобы постоянно быть готовой оказать необходимую помощь. Журнал "Тайм"
присвоил ей звание "почти что ангела". "Швестер" Сельма проработала в больнице
старшей сестрой 48 лет.

Располагалась больница на Яффской дороге на участке в два с
половиной акра. Поездка сюда на осле от Старого города, где проживало
большинство иерусалимцев, занимала 20 минут. Больные прибывали в повозках, на
верблюдах и на ослах не только из Иерусалима, но и из других частей страны. Во
время первой мировой войны в связи с острой нехваткой в городе молока здесь был
устроен коровник с 40 дойными коровами. В 1917 году британский генерал Шиа,
командовавший Шестидесятым дивизионом, принял в больничном саду капитуляцию
турецкой армии.

В течение многих лет двери Шаарей-Цедек были открыты и для
богатых, и для бедных, как евреев, так и не-евреев. Больница успешно боролась с
эпидемиями скарлатины, менингита и тифозных заболеваний, несмотря на бушевавшие
в городе арабские беспорядки. Во время войны за Независимость, когда Иерусалим
оказался отрезанным от остальных частей страны, Шаарей-Цедек принимала ежедневно
по 60-80 пациентов. В первый день Шестидневной войны в 1967 году сюда были
доставлены 150 раненых. Спрятанная в подвале операционная действовала
круглосуточно. Больничное здание пострадало от четырех прямых попаданий, но
чудом никто из больных и персонала не был ранен.

В 1978 году больница, оборудование которой, да и само помещение
к тому времени оказались устаревшими и неспособными соответствовать современным
медицинским стандартам, была переведена в новое просторное здание в районе Байт
ве-Ган. Гордившаяся в 1902 году стационаром с 21 койкой, сегодня она располагает
525 местами для госпитализации и новейшим оборудованием. Помимо этого, множество
пациентов получают медицинскую помощь в действующих при ней клиниках.

Старое здание Шаарей-Цедек на улице Яффо в течение 20 лет
пустовало и страдало от запущенности и вандализма. С признанием его исторической
ценности оно было объявлено архитектурным памятником и реставрировано. Нынешний
фасад почти точно копирует оригинальный, но внутренние помещения приспособлены
для новой функции: здесь разместится Израильское управление радио- и
телевещания.

Дом солнечных часов

Рабби Шмуэль Леви, русский еврей, живший в Америке, активный
сторонник репатриации в Сион, является создателем этого оригинального дом по
улице Яффо против иерусалимского рынка Махане Иехуда. В 1908 году на деньги,
собранные им в США, он выстроил трехэтажный дом. Первые два этажа служили
гостиницей для 50 постояльцев, верхний этаж занимала синагога "Тифэрет Цион".
Терраса, обращенная на восток, позволяла наблюдать восход солнца и устанавливать
время утренней молитвы.

Особая примета дома - это солнечные часы на его фасаде,
созданные астрономом-любителем Моше Шапира. Шапира проникся научными идеями,
изучая сочинения Маймонида и Виленского гаона. Солнечные часы в виде полукруга
пяти метров в диаметре увенчаны по обоим концам циферблатами механических часов.
Шапира устроил также трое солнечных часов на террасе дома, причем они показывали
иерусалимское время, а не каирское, как было принято в те дни.

Здание, разрушенное в 1941 году пожаром, было частично
восстановлено иерусалимским муниципалитетом в 1980 году.

Арабское строительство в Иерусалиме

Главное, что характеризует арабские постройки, это
их органичное слияние с окружающим ландшафтом. Благодаря округлым аркам, куполам
и соответствующим деталям отделки они становятся словно бы частью иерусалимских
холмов. В описываемый период они возводились, как правило, вдоль дорог и на
возвышенных местах. Между домами оставлены большие открытые пространства, обычно
использовавшиеся для сельскохозяйственных нужд. Предписания мусульманской
религии в значительной мере определяют внешний вид зданий. Окна располагаются
так, чтобы домочадцы, в особенности женщины, не могли стать предметом досужего
любопытства прохожих. Стена, общая для двух домов, принадлежит тому из
владельцев, чей дом стоит выше. Как и их еврейские соседи, иерусалимские арабы
начали строиться за пределами Старого города в середине 19-го века, и с той же
самой целью - улучшить свои бытовые условия. В то время как еврейские кварталы
состояли из небольших домов, тесно сгрудившихся вокруг общественных зданий,
мусульманские строения были свободно разбросаны на местности и служили для
проживания огромных разветвленных семей, состоявших как из близких, так и
дальних родственников. Арабы не возводили никаких общественных зданий за
пределами Старого города.

Богатые мусульманские семьи - Хусейни, Нашашиби, Нусейбе и
Даджани были первыми, выбравшимися за городские стены. В то время как снаружи
дома выглядели достаточно скромно, их внутреннее убранство было весьма
пышным.

Одно из этих зданий было выстроено между 1865-м - 1876-м годами
Рабба Ал-Хусейни по улице Наблус, 26, в квартале Шейх-Джерах. Ал-Хусейни жил
здесь со своими четырьмя женами и многочисленной прислугой до самой смерти,
последовавшей в конце века. Здание, выстроенное в неоклассическом европейском
стиле с многочисленными вкраплениями ближневосточных элементов, могло гордиться
своими несокрушимыми стенами метровой толщины, позолоченным куполом, мраморными
полами и деревянными потолками, украшенными резьбой. В 1894 году дом перешел во
владение Хоратио и Анны Спаффордов, за три года до того приехавших в Иерусалим с
целью оказания посильной помощи местному населению. Супруги Спаффорд вместе с
друзьями из Америки организовали коммуну, к которой позднее присоединилась
группа из Швеции. Евреи, незадолго до того прибывшие из Йемена, оказались в
числе первых, кто попал в поле их благородной деятельности. Поселившись в доме
Ал-Хусейни, коммунары открыли лавку сувениров и устроили усадьбу при доме. Они
открыли также фотомастерскую возле Яффских ворот, прославившуюся во время визита
немецкого кайзера Вильгельма Второго в Иерусалим: двое из членов коммуны
сопровождали и фотографировали царственную особу.

В наши дни это здание занимает гостиница
"Американская колония". Ее очаровательный внутренний дворик и знаменитые обеды
по уик-эндам привлекают сюда многочисленных постоянных посетителей, в первую
очередь журналистов.

Несколько зданий, подобных описанному, были выстроены другим
богатым арабским семейством - Нашашиби на Эфиопской улице. Просторные комнаты,
высокие резные потолки, роскошные стилизованные окна, украшенные цветной
мозаикой. В одном из этих домов проживает сегодня иерусалимский художник Яаков
Пинес. В комплексе, выстроенном семьей Хусейни по улице Шивтей-Исраэль (Колена
Израильские), помещается сейчас общество "Помощь престарелым".





Tags: Иерусалим, Израиль, архитектура, интересные факты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments